Вы ревнуете свою жену?

Playlist к релизу фильма «Врожденный порок» грешный путь

Голливуд с самого своего начала усвоил нехитрую истину: новые истории сочиняет только тот, у кого старых нет. А старых, слава богу, человечество к началу XX века накопило предостаточно — и кинематографисты (и не только голливудские на самом деле) рьяно взялись за экранизации всего на свете, от Толстого до бульварных романов о сыщиках и от Библии до стихов модных поэтов (благо формат немого кино и малая длительность тогдашней «фильмы» вполне располагали к такому ходу). Впрочем, почти до конца 1930-х экранизации считались низким классом, грязной работой, как сказал бы Остап Бендер. Истинный творец должен был придумать и воплотить идею с начала и до конца, в идеале в чаплинской манере — будучи и сценаристом, и режиссером, и звездой. Удавалось это, конечно, немногим — да не все и стремились. Перенос на экран уже известного зрителю произведения практически гарантировал успех и приличную кассу без особых усилий на предмет творческого переосмысления литературного первоисточника. К тому же действовавший тогда в киноиндустрии кодекс Хейса предписывал весьма щепетильное отношение к языку и поведению киногероев -герои классики, хоть русской, хоть английской, изъяснялись благопристойно; персонажи бульварных романов, как ни парадоксально, тоже с трудом позволяли себе в то время жалкое Goddamn! Авторы треш-чтива в отличие от буйных модернистов заботились прежде всего о продажах, а читатель (как, впрочем, и зритель) тогда был едва ли не более консервативен, нежели цензура.

Правила игры поменялись в 1939 году, когда на экраны вышел фильм Виктора Флеминга «Унесенные ветром». Роман Маргарет Митчелл, по которому была поставлена получившая в общей сложности десять «Оскаров» картина, был опубликован тремя годами раньше и произвел в чопорной Америке времен Депрессии приличный скандал: конечно, Скарлетт О’Хара и Ретт Батлер не изъяснялись языком героев Джойса и не предавались утехам в духе «Тропика рака» Генри Миллера, но, к примеру, нью-йоркское общество противодействия пороку выразило протест против распутного поведения главной героини — подумать только, она была замужем больше одного раза! Остальные претензии были в том же духе, но и этого хватило, чтобы роман запретили в нескольких штатах. И вот эта ужасная, безнравственная книга вдруг оказывается первоосновой для блокбастера. Неудивительно, что режиссеры и сценаристы бросились искать вдохновения в текущем литературном процессе. Цензурные ограничения, впрочем, продолжали сказываться: экранизацию того же «Тропика рака» сумели осуществить лишь в 1970-м.

Мешали, однако, не только цензоры и ханжи. Привыкшие к линейному изложению событий режиссеры не знали, с какой стороны подойти к потоку сознания Миллера или Джойса; еще пуще боялись новшеств зрители, желавшие за свои деньги получить внятную историю, а не малопонятную череду призрачных образов. Пришлось дожидаться 1960-х — времени сексуальной революции, свободы выбора и отрицания авторитетов.

Вероятно, первой ласточкой, возвестившей, что мир меняется и рискованные эксперименты больше не у дел отчаянных аутсайдеров вроде Кеннета Энгера, стала «Лолита» Стэнли Кубрика. При всей своей «травоядности» с точки зрения сегодняшнего дня сама идея перенести на экран столь скандальную книгу была в 1962 году на грани кощунства — Битлы еще не то что не спели про революцию, но даже не успели толком стать знаменитыми, а она уже началась. В 1967 году кодекс Хейса был упразднен окончательно и бесповоротно — и экранные герои смогли наконец всласть нацеловаться и выражаться языком улицы, а не салона XIX столетия.

Свобода одновременно породила и дефицит оригинальных сценариев -что режиссеры бодро компенсировали обращением к миру книжных новинок. «Ребенок Розмари», «Крестный отец», «Челюсти» и многие другие экранизации тогдашних бестселлеров оказались в результате куда более долгоживущими, чем их литературные первоисточники, -видимо, с тех пор пошло поверье, что из плохих книг часто получается великое кино. Но не только бульварными бестселлерами пробавлялись режиссеры 1970-х. Великий Тарковский перенес на экран «Солярис» великого Лема. Милош Форман обессмертил Джека Николсона в «Полете над гнездом кукушки» по классике нонконформизма Кена Кизи. Британец Кен Рассел экранизировал практически документальных «Иудейских бесов» Олдоса Хаксли и сделал один из самых шокирующих, богохульственных и вызывающе красивых в своем непотребстве фильмов в истории кинематографа, «Дьяволы», с Ванессой Редгрейв в роли одержимой сестры Иоанны и абсурдистски-эстетскими декорациями еще не знаменитого Дерека Джармена. Всех перещеголял вообще любивший экранизации Кубрик, умудрившийся попасть под раздачу даже в условиях сильных цензурных послаблений. После выхода на экраны его «Заводного апельсина» (1971) книгу Энтони Берджеса, впервые опубликованную еще в 1962-м, запретили в нескольких штатах Америки, а сам фильм в Великобритании был полностью показан только через 30 лет после мировой премьеры.

Экранизации интеллектуальных бестселлеров на какое-то время вошли в моду, но скоро выяснилось, что для переноса на экран цветущей сложности, царящей в творениях даже самых читабельных современных классиков нужна не всем доступная сноровка. «Имя розы» Жан-Жака Анно имеет столь мало общего с романом Умберто Эко, что об этом честно сообщается в прологе к фильму. Жестокий социальный роман «Любимая» нобелевской лауреатши Тони Моррисон вылился в одноименную слащавую мелодраму 1998 года. Разве что Терри Гиллиам, выпустивший в том же году адаптацию гонзо-эпоса Хантера Томпсона «Страх и ненависть в Лас-Вегасе», сумел выдержать марку. Но на то он и гений…

Ныне же культурный ландшафт оккупирован киноверсиями комиксов и компьютерных игр — так что сам факт экранизации Полом Томасом Андерсоном не кого-нибудь, а Томаса Пинчона, одного из самых сложных американских писателей XX века, иначе как героизмом не назовешь. Впрочем, выбранный Андерсоном роман 2009 года считается литературными критиками «Пинчоном-лайт» -это более или менее доступная история о таинственных исчезновениях людей в Лос-Анджелесе конца 1960-х, густо замешанный на черном юморе детектив из эпохи хиппи и свободной любви. Что ж, лиха беда начало -и если «Врожденного порока» ждет успех, то можно надеяться, что мода на интеллектуальные экранизации еще вернется.

Комментарии запрещены.

ТУРИЗМ
  • 08.04.2015
    Ват Пхра Дхаммакая, Таиланд

    Social Like WordPress Хотя этот храм, чья постройка обошлась в миллиард долларов, существует уже тридцать лет, расположен под самым носом Бангкока и со всеми прилегающими постройками занимает нешуточную территорию площадью 320 кв. км, официальные путеводители обходят... 
    Читать полностью

  • 08.04.2015
    Японский гигант. Поездка в Японию

    Social Like WordPress Сбежать из большого города в мегаполис? Почему бы нет — если это столица страны восходящего солнца Если вам хочется несуетно отдохнуть и достичь просветления и при этом остаться в центре светской жизни, лучшего направления не придумать.... 
    Читать полностью